Красное Село (Санкт-Петербург) - сайт города Красное Село (Санкт-Петербург) - сайт города
 
Меню сайта
Радио
Ссылки
По вопросам размещения рекламы свяжитесь с администрацией:
отправить письмо

Наша Кнопка
Красное Село - сайт города
Код кнопки для сайта:

Код кнопки для форума:

Копилка
Поддержите проект!

WebMoney
R615119138837
Z385561509097
E152247362071
U231881284928

Яндекс Деньги
41001115701328
Наш Опрос
Оцените сайт
Всего ответов: 769
Газета «Новый Красносел»
Главная » Газета «Новый Красносел» » 2022 » Август » 22 » Мастеровые и начальство (№741 20 августа 2022)

22 Августа 2022

Мастеровые и начальство (№741 20 августа 2022)

Русский историк Василий Семевский в своем труде «Крестьяне в царствование императрицы Екатерины II» уделил внимание Красносельской бумажной фабрике. Он описал конфликт работников с начальством, который привел к уникальной для начала девятнадцатого века ситуации - фабрика оказалась, по сути, в аренде у мастеровых.

Описание интересно нам и тем, как в принципе жила фабрика и как строились производственные отношения.


Предыстория

Бумажная фабрика в Красном Селе была устроена при Петре I в 1714-1717 годах. Мастеровые на нее были взяты из солдат и других казенных людей; присылались сюда также бродяги, не помнящие родства; наконец, полиция отправляла туда на работы и женщин, пишет Семевский.

До 1725 года фабрика находилась в ведении Адмирал-тейств-коллегии, затем сдавалась в аренду. В 1753 году императрица Елизавета Петровна по просьбе графа Карла Сиверса пожаловала ему фабрику в вечное потомственное содержание. Сиверс обещал расширить производство и уступать казне с каждой стопы бумаги по 10 копеек. Он внес деньги за все фабричные строения, материалы и инструменты и за приготовленную уже бумагу. По условиям Сиверс должен был давать мастеровым и рабочим плату в том же размере, как они получали во время казенного управления. Судом и расправою они должны были ведаться только в мануфактур-коллегии, и ее конторе запрещено было брать их на другие фабрики, а также делать им какие-либо притеснения.

В 1775 году после смерти Сиверса его вдова продала фабрику вместе с рабочими генерал-аудитор-лейтенанту Петру Хлебникову.

Недостаточное жалованье и провиант

При новом владельце у мастеровых начинаются постоянные столкновения с заводским начальством. В феврале 1777 года мастеровые Ладыгин и Майков подали в мануфактур-контору прошение от имени 130 человек, в котором жаловались, что они и их дети получают недостаточное жалованье. С тех пор, как фабрикою владеет Хлебников, они получали провиант не мукою, а рожью, и таким образом по их счету каждому было не додано полтора пуда. Мануфактур-контора предписала наследникам Хлебникова, который в это время уже умер, выдавать рабочим провиант мукою, как это было поставлено в условие Сиверсу и что при нем строго исполнялось, а тем, которым отпускали рожь, следует возвратить истраченное ими на помол. Также было определено детям выделять провианту столько же, как солдатским детям в школах, а с 15 лет провиант и плату выдавать наравне со взрослыми.

Мастеровые просили, чтобы их не заставляли работать по субботам после полудня, а также освобождали рольщиков по воскресеньям и праздникам. Так было заведено во время казанного управления и при Сиверсе, но наследники Хлебникова заявили, что освободить рольщиков от работы по праздничным дням совершенно невозможно. Ману-фактур-контора решила это так: мастеровых по праздникам, а также по субботам за три часа до вечера к работам не принуждать, за исключением тех случаев, когда понадобится бумага для поставки в присутственные места или для приготовления ассигнаций, а также при повреждении плотины; но за работу в праздники платить «сверх обыкновенного жалованья».

Также рабочие просили, чтобы девочек не принуждали работать против их желания, а тем из них, кто захочет трудиться, давать достаточную плату. Мануфактур-контора определила: «как взрослым, так и малолетним женска полу впредь быть при фабрике в работе неотлучно по добровольному их за то в денежной плате согласию».

Крепостные или казенные?

Однако столкновения мастеровых с владельцами фабрики не прекратились.

В конце 1778 года поверенный вдовы Хлебниковой подал челобитную в мануфактур-контору с жалобою, что рабочие прекращают работу по субботам ранее, чем за три часа до вечера. Дочерей своих мастеровые отдают на фабрику только пока они еще малы, а затем забирают с фабрики и посылают в город в услужение. Кроме того, рабочие не повинуются приказу, когда их посылают на другую работу.

Историк Семевский описывает один из конфликтов на фабрике. Машинный мастер стал посылать в кузницу мастеровых, чистивших и разбиравших бумагу, взамен одного заболевшего мастерового, но никто не пошел. Приказчик призвал в контору одного из мастеровых, Максимова, и когда тот вновь отказался идти, приказал посадить его в «цепь», но Максимов ударил приказчика в грудь и выбежал вон крича: «Для чего ты судишь в конторе, а судил бы, призвав всю команду, и должен требовать от нее совета: когда они обвинят, тогда и сажай в цепь».

Максимова задержали и наказали в конторе розгами... Как только весть об этом разнеслась по всей фабрике, мастеровые и рабочие бросились к конторе; их удалось убедить вновь приняться за работу, но когда вскоре после того приказчик осматривал работы, в него бросили из окна палку, которая попала ему в спину.

Недели через две произошло новое столкновение между рабочими и фабричным начальством - опять вследствие того, что одного мастерового присылали на работу, которой он постоянно не занимался. На угрозу приказчика написать об его ослушании господам, тот отвечал: «Они мне не господа, и мы им не крепостные».

Когда приказчик хотел его наказать, мастеровые объявили, что не дадут себя наказывать в конторе без собрания и без суда команды (под словом «команда» рабочие разумеют свой мирской сход, поясняет Семевский).

Поверенный Хлебниковой жаловался на мастеровых в ма-нуфактур-контору: купленные крепостные себя таковыми не признают, что приводит госпожу Хлебникову в «несказанную нерешимость и огорчение», оказывают неповиновение и озорничают.

Мастеровые, в свою очередь, тоже посылали донесения в ману-фактур-контору: им не дают отдых с полудня субботы, а также по воскресеньям и праздникам. Приказчик одного из них жестокими побоями принуждал работать в праздник, другого больного избил палкою и держал пять дней в оковах. Один мастеровой подал особую челобитную о том, что его дочь не отпускают с фабрики в замужество на волю.

Для разбора жалоб мануфак-тур-контора послала на фабрику надворного советника Дурова. Он прочел рабочим копию с купчей, заключенной между графинею Сиверс и Хлебниковым. Выслушав ее, они согласились было считать себя проданными крепостными, но когда от них потребовали подтвердить это признание письменно, то они отказались под тем предлогом, что не верят копии.

Решение сената

Убедившись, что от мануфактур-коллегии не добиться толку, мастеровые обратились в сенат. В своей челобитной они указывали, что при заведении фабрики на нее были определены солдаты - следовательно, они люди казенные. Хотя фабрика была отдана Сиверсу в вечное потомственное владение, но он заплатил в казну только за строение, материалы и инструменты, а не за числившихся при ней мастеровых. В привилегии, данной Сиверсу, вовсе не упомянуто, чтобы они были ему крепостными, а напротив, предписано давать им жалованье, какое они получали прежде. Хотя после того графиня Сиверс и продала фабрику Хлебниковой, но она имела на них не более прав, чем ее муж. Повторив все свои недовольства содержателем фабрики, мастеровые жаловались и на мануфактур-контору, которая арестовала их представителя Майкова, который принес челобитную, и держала его скованного под караулом.

Дело рассматривалось пять лет. Сенат отправил запрос в ма-нуфактур-контору (ту самую, на которую жаловались мастеровые). Та прямо заявила, что считает мастеровых «из казенного ведомства вышедшими» и не отличает их от крепостных. В 1785 году сенат вынес аналогичное решение, объявив мастеровых крепостными. А что же касается их жалоб на плату и провиант, то наблюдать за этим должно губернское правление.

Указ императрицы

Прошло более десяти лет, как вдруг совершенно неожиданно, в 1796 году, Екатерина II, доживавшая в то время уже последний год своей жизни, почему-то обратила внимание на это дело и в именном указе сенату взглянула на него с совершенно другой точки зрения, повторив, по сути, доводы мастеровых.

При устройстве фабрики на нее были взяты люди казенные, и отдана фабрика Сиверсу с определенными обязательствами с его стороны, говорилось в указе. С продажей фабрики Хлебникову «переменилось только лицо содержателя фабрики, а привилегия оной должна оставаться ненарушимою, как и первоначальное состояние тех мастеровых людей, которые были суть казенные».

Именной указ справедливо замечает странное противоречие в решении сената 1785 года: сенат признает мастеровых крепостными, выбывшими из казенного ведомства, и в то же время возлагает на губернское правление наблюдение за тем, чтобы они сполна получали жалованье и провиант. «Таковое определение сената», сказано было в заключение именного указа, «находя с существом дела и с законами несогласным, повелеваем означенных мастеровых обратить в первобытное состояние. сделав кому следует строгое подтверждение, чтоб сии казенные мастеровые охранены были от всяких обид и угнетений и чтоб они удовольствованы были как заработными деньгами, так и всем им принадлежащим, по силе помянутой привилегии, непременно, возвратя притом и отданных из них в рекруты, которые долженствуют заменены быть из собственного имения Хлебниковых».

Мировая

После этого неожиданного решения в софийском уездном суде (Софийский уезд позже стал Царскосельским) начало слушаться дело об удовлетворении мастеровых и о причиненных им от содержателей обидах. Оно окончилось только в 1802 году мировым соглашением между мастеровыми и комиссионером содержателя Хлебникова.

Условия этого соглашения были беспрецедентны для России тех лет, фактически они означали аренду фабрики рабочей артелью.

В удовлетворение своего иска мастеровые получали 12.000 рублей, затем впередь между ними и владельцем установились такие отношения: за выделанную бумагу в их пользу шло с той цены, по которой она будет продаваться по 20 копеек с рубля; кроме того, содержатель фабрики обязывался давать им на каждый двор в год по 4 сажени дров. Провианта, который они получали до тех пор, впредь им не полагалось. Получая вышеуказанное вознаграждение, они обязаны были содержать на своем жалованье формщика, нужное число плотников, кузнецов и столяров, которые должны исправлять все инструменты и машины, а также чинить строения. Поправлять плотину мастеровые должны были всем обществом; но если содержатель захочет совершенно ее переделать, то они обязывались работать с платою, «буде оную сходно будет содержателю им дать». Они обязывались также содержать караул около фабрики. Принимать отделанную бумагу от мастеровых и производить за нее расчет следовало ежемесячно. Цены ну бумагу должно было назначать раз в год, к 1 января, и затем повышение и понижение их в течение года не отражалось на размерах суммы, которую приходилось получать мастеровым. По прошествии года мастер входит в сношение с конторою и, смотря по тому, почем была продана большая часть бумаги, определяет цену на будущий год. Браковка, тряска, резка тряпья и каната должна производиться за счет мастеровых. В контракте оговорено было также, что мастеровые обязуются повиноваться «на законном основании» уполномоченному от содержателя фабрики. Мастера и подмастерьев следовало им выбирать достойных с тем, чтобы первый имел над ними «полную власть».

Если бумага будет сделано дурно и ее не станут покупать, то мастеровые обязаны принять ее от конторы обратно по продажной цене с вычетом из следуемых им денег.

Мастеровые оградили себя на тот случай, если будет задержка в работе по недостатку материалов: в течение всего времени, сколько они прогуляют, они могли получать месячное жалованье, какое им выдавалось перед заключением контракта. Мастеровые получили 12.000 р. и за состоявшимся примирением дело было прекращено.

Таким образом, мастеровые отстояли свое право считаться казенными людьми; хотя они по-прежнему оставались прикрепленными к фабрике и не могли покидать ее по своему усмотрению.

Условие это едва ли не первый такой подробный письменный договор, заключенный между рабочими и фабрикантом; оно тем интереснее для нас, что в нем мы встречаем взамен поденной рабочей платы - выделение известной части продажной цены бумаги. Эта общая сумма распределялась затем самими рабочими соразмерно с трудом каждого...

По материалам: Семевский В.И. Крестьяне в царствование Императрицы Екатерины II. СПб, 1881

Справка. Василий Иванович Семевский (25 декабря 1848 [6 января 1849] — 21 сентября [4 октября] 1916) — русский историк либерально-народнического направления, доктор русской истории, профессор, автор работ по социальной истории и истории передовой общественной мысли в России XVIII — первой половины XIX вв.


Похожие новости:



Просмотры: 109 | Рейтинг: 0.0/0 | Теги: красное село, Красносельская бумажная фабрика, история | Добавлено: 22 Августа 2022
Всего комментариев: 0
avatar
Профиль
Понедельник
30 Января 2023
14:52:45


Страница входа

Регистрация
Информеры


Статистика

Пользователей:
Всего: 539
Новых за месяц: 13
Новых за неделю: 2
Новых вчера: 0
Новых сегодня: 1

Онлайн всего: 4
Гостей: 4
Пользователей: 0

Пользователи онлайн:

Сегодня сайт посетили:
mariannajolokhava, kirillromanov355

Поздравляем
с Днём Рождения:

Iriska_Piter(38)

Статистика материалов:
Новостей: 2711
"Новый Красносел": 13400
Фотографий: 1353
Статей сайта: 214
Объявлений: 14
Форум(тем/постов): 1258/9759
Игр: 12
Фирм в справ-ке: 149
Комментарии: 3865
Гостевая: 146
 
Copyright © 2006 - 2020 KrasnoeSelo.su Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru